WordPress

Банкиры о залогах

Банкиры о залогах - картинка 1
Сегодня рассмотрим тему: "Банкиры о залогах", основанную на мнении ряда авторитетных источников. На все возможные вопросы вам ответит дежурный юрист.

Банкиры нуждаются в разъяснении новых правил о залоге

Материал для подписчиков издания «Ваш партнер-консультант». Для оформления подписки на электронную версию издания перейдите по ссылке.

Банкиры о залогах - картинка 2

Электронные версии изданий

ОПЕРАТИВНОСТЬ

Подписчик читает издание ПЕРВЫМ, сразу же после его подписания в печать.

[1]

АРХИВ ИЗДАНИЯ

Вместе с новыми номерами предоставляется доступ к архиву издания за прошлые годы (при подписке на периоды более 6 месяцев).

PDF номеров издания

Номера изданий доступны для скачивания в pdf-формате.

[2]

http://www.eg-online.ru/article/246431/

Банкиры о залогах

Пожалуй, любому коммерсанту важно быть уверенным, что в любой момент он сможет пополнить свой бюджет. Хотя бы за счет кредита. Но за чужой банкнотой всегда следует ее «тень» – бремя расплаты. Зачастую чтобы спасти бизнес, приходится его заложить. Рискованно? Да. Причем, как выяснилось, не только для коммерсанта, но и для кредитора.

Мнение банкиров по проблеме залогов узнала наш корреспондент Ольга Шестопал в ходе встречи в Московской торгово-промышленной палате.

Рейтинговые агентства смотрят на залоговую практику банков с оптимизмом. Это подтверждается уже тем, что для семи крупнейших российских банков прогнозы аналитиков FitchRatings сменились на позитивные: они пережили кризис. И все же здесь есть свои «но». К примеру, в отличие от государственных, частные банки пока не достигли инвестиционного уровня, – сообщил директор банковской аналитической службы агентства Владимир Маркелов. Они, как и дочерние кредитные организации иностранных банков, при выдаче кредитов реже полагаются на залоги в виде недвижимости, чем, например, «Сбербанк». То есть отношение к риску у банков разное.

А риск есть, и немалый. Казалось бы: что теряет банк, если его заемщик-залогодатель стал неплатежеспособным? Во-первых, залог может представлять собой совсем не то, чего ожидал банк,
когда принимал решение о кредитовании.

http://spmag.ru/article/2011/10/bankiry-o-zalogah

Арестовано руководство разорившегося Инвестбанка

Как стало известно “Ъ”, Тверской райсуд Москвы отправил в СИЗО бывших топ-менеджеров Инвестбанка Сергея Менделеева, Сергея Зайцева и Григория Юсуфова. Еще один бывший руководитель этого кредитного учреждения — Владимир Гезин, признавший свою вину в инкриминированном преступлении, оказался под домашним арестом. Все они обвиняются в хищении из банка 3,2 млрд руб. путем выдачи заведомо невозвратных кредитов.

Всех четверых фигурантов расследуемого следственным департаментом МВД уголовного дела по ч. 4 ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата) сотрудники ГУЭБиПК задержали 20 февраля. Экс-хозяина Инвестбанка Сергея Менделеева взяли в собственном загородном доме на Рублевке, а бывших вице-президента Григория Юсуфова и членов наблюдательного совета Сергея Зайцева и Владимира Гезина по местам проживания в Москве.

Суть его заключалась в выдаче подконтрольным экс-финансисту фирмам-«однодневкам» кредитов «без их последующего возврата». Остальные участники махинаций отвечали в Инвестбанке кто за кредитный блок, кто за подбор корпоративных клиентов и инвестпроекты. Так или иначе, по версии следствия, все они были вовлечены в преступную схему и принимали в хищениях активное участие. Отметим, что в противоправной деятельности принимала участие и уже осужденная зампред правления банка Ольга Боргардт, которая и заключала фиктивные кредитные договоры.

Среди получателей 3,2 млрд руб. значатся девять ООО: «Дирс Строй», «УльтраСтрой», «Строй Монт», «Финкомактив» и другие. Как установило следствие, кредиты они получили в период с 30 марта по 15 августа 2012 года.

Его Тверской райсуд Москвы отправил под домашний арест. А остальных фигурантов — в СИЗО. Как следовало из ходатайства следователя, обвиняемые могут скрыться от органов предварительного следствия, оказать давление на свидетелей, имеют имущество за границей, а некоторые пытались получить иностранное гражданство.

Адвокаты экс-банкиров просили суд ограничиться в отношении их подзащитных залогом или домашним арестом. При этом представляющий интересы Сергея Зайцева адвокат Мурад Мусаев обратил внимание судьи на то, что ранее Мосгорсуд изменил меру пресечения с содержания в СИЗО на домашний арест Ольге Боргардт. По словам защитника, апелляционная инстанция посчитала, что совершенное ею преступление относится к сфере предпринимательской деятельности. Впрочем, на окончательное решение суда по другим фигурантам это никак не повлияло.

Экс-главу Инвестбанка Ольгу Боргардт перевели из СИЗО под домашний арест

Как уже рассказывал “Ъ”, расследование хищений из Инвестбанка началось в феврале 2014 года, когда УМВД Центрального округа Москвы возбудило уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество в особо крупном размере). За три месяца до этого в связи с «полной утратой собственных средств и отсутствием перспектив восстановления финансового положения» банк лишился лицензии, а дыра в его капитале составила 63,4 млрд руб. Впрочем, как следовало из обращений ЦБ и АСВ в Генпрокуратуру, полиция недостаточно активно вела расследование, и уже в конце года дело оказалось в ГСУ СКР. Его первыми фигурантами стали один из владельцев хоккейного клуба «Спартак» и бывший бенефициар Инвестбанка Сергей Мастюгин и и. о. председателя правления этого кредитного учреждения Ольга Боргардт. 17 июля 2017 года Таганский райсуд Москвы приговорил их за хищение из банка 2,8 млрд руб. к восьми и шести годам лишения свободы соответственно.

В середине прошлого года, когда госпожа Боргардт вот-вот должна была выйти условно-досрочно из костромской колонии, ее этапировали в Москву. Там же оказался и господин Мастюгин. На этот раз их делом занялся следственный департамент МВД, предъявивший экс-банкирам обвинение в новых хищениях из того же Инвестбанка. Как полагают следователи, в 2012–2013 годах госпожа Боргардт подписала договоры на выдачу Инвестбанком кредитов более чем на 8 млрд руб. При этом все фирмы, получившие в банке деньги, были «однодневками» и не вели никакой хозяйственной деятельности. Стоит также отметить, что второе уголовное дело следственный департамент начинал расследовать по факту преднамеренного банкротства (ст. 196 УК РФ) Инвестбанка неустановленными лицами. Впрочем, Ольге Боргардт и Сергею Мастюгину инкриминировали только ч. 4 ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата).

http://www.kommersant.ru/doc/4266865

Займы Без Залога

Деньги без залога обычно получить непросто. Для этого приходится пройти поэтапную программу проверки службой безопасности, чтобы подтвердить собственную платежеспособность. Группа компаний «Банкир» предлагает иной способ, делающий доступными населению любые необходимые средства.
Займ без залога долго оставался недоступным из-за необходимости подтверждения собственной платежеспособности. Мы предлагаем уникальную возможность избавиться от лишних трудностей.

На каких условиях подписывается договор?

Сумма до
15 тысяч рублей

Срок кредита
от 1 до 14 дней

Процентная ставка
от 0,7% в день

Прозрачные условия могут показаться сложными. Это ошибка, ведь при консультации любой сотрудник
подробно разъяснит каждый пункт. При первом обращении максимальная сумма ограничивается 5 тысячами рублей.
При повторном обращении кредитный лимит увеличивается, поэтому клиент получает практически неограниченные денежные ресурсы.

Чем интересно наше предложение?

Банкиры о залогах - картинка 4

Банкиры о залогах - картинка 5

Банкиры о залогах - картинка 6

Специалисты убедились в том, что люди не всегда могут подтвердить собственный доход. Теперь займ без залога оформляется без ненужных проверок. Полное доверие к клиентам помогает посетителям в срочном порядке получить немалую сумму денег.

http://bankir02.ru/zaymy/zaymy-bez-zaloga/

Большая ложь об ипотеке: Как банкиры наживаются на людях

  • Банкиры о залогах - картинка 7

Ипотечное кредитование в мире российского капитализма есть инструмент ограбления народа. Ни один из президентских указов, ставивших целевые показатели по ипотечному проценту, не выполнен

Ипотека: краткий исторический экскурс

Ипотечное кредитование существует уже давно. Под ипотекой понимается кредитование под залог недвижимого имущества. В древнем Вавилоне, древнем Египте и древнем Риме кредитование осуществлялось почти исключительно под залог земли. Термин «ипотека» (от др.-греч. ὑποθήκη) впервые появился в Греции в начале VI в. до н. э. Древние греки так обозначали форму ответственности должника перед кредитором своей землёй. На границе земельного участка заёмщика ставили столб с надписью, которая гласила, что эта земля обеспечивает долг. Такой столб и назывался «ипотекой» (в переводе – «основание», «залог», «предупреждение»).

Сегодня ипотека в большинстве случаев представляет собой кредитование для приобретения людьми жилья (дома, квартиры) под залог этого самого жилья. Эта разновидность кредитов называется ипотечными жилищными кредитами (ИЖК). Такое кредитование, как утверждают специалисты по истории банковского дела, было придумано в Англии в последние десятилетия XIX века. Банкиры-ростовщики лондонского Сити в те времена уже испытывали трудности в наращивании своих кредитных операций, которые традиционно были ориентированы на частный бизнес. Кредитование физических лиц было ограничено в силу недостаточности платежеспособного спроса со стороны населения и дефицита надёжного обеспечения.

Что касается жилищной проблемы в Англии XIX века, то она решалась преимущественно двумя способами: обеспеченные граждане на собственные деньги строили или покупали недвижимость, которая становилась их собственностью; необеспеченные люди (а таковых было большинство, особенно в городах) снимали жильё у богатых домовладельцев, они были пользователями, а не владельцами. Были ещё беднейшие англичане, которые жили в ночлежках (это красочно описано Ч. Диккенсом).

Банки стали предлагать гражданам умеренной обеспеченности (т.е. имевшим работу) кредиты для приобретения собственной крыши над головой под залог этой самой крыши. Ростовщики стали соблазнять людей тем, что они могут стать полноценными собственниками недвижимости и почувствуют себя хозяевами. Так родился новый вид банковских операций – выдача ИЖК. Банки лондонского Сити от удовольствия потирали руки. Постепенно этот вид кредитования стал популярным и в других странах Запада.

Крыша над головой или средство обогащения?

Но вернёмся в сегодняшнюю Россию. В различных документах правительства, в выступлениях и заявлениях чиновников разного уровня тема жилищной ипотеки занимает важное место. Причём она всегда подается как социальная. Мол, ипотека – «палочка-выручалочка», призванная решить окончательно и бесповоротно квартирный вопрос, который, по выражению Михаила Булгакова, измучил и испортил русского человека. Пока ещё, к сожалению, он сохраняется и продолжает мучить многих наших современников. Число семей, состоящих на учёте как нуждающихся в улучшении жилищных условий, в 2011 году по отношению к общей численности семей (включая одиночек) составляло 5,1%. А в 2017-м этот показатель несколько снизился, но не очень существенно – до 4,4%.

В абсолютном выражении число зарегистрированных нуждающихся снизилось с 2,8 млн до 2,5 млн семей. И это несмотря на то, что условия для попадания в этот список очень жёсткие. Плюс к этому надо иметь в виду, что у нас целая армия бомжей, число которых, по разным оценкам, колеблется от 1,5 до 3 миллионов. Большинство из них даже не пытаются зарегистрироваться и попасть в указанные списки. В общем, жильё (вернее, отсутствие оного) – действительно острейшая социальная проблема России. Которая становится особенно острой и болезненной на фоне дворцов российских нуворишей.

Но, сдаётся мне, власти озадачились проблемой ипотеки по другой причине, а социальная сторона является лишь прикрытием. У нас в стране с начала 90-х годов установился капитализм. А раз так, то власть должна в первую очередь обслуживать интересы тех, кто является олицетворением капитализма и его ядром, – банкиров. Капитализм – общество, где язык засоряется эвфемизмами – ложными и лукавыми словами. Такими эвфемизмами наполнена Конституция РФ. Там, в частности, сказано, что Российская Федерация – социальное государство. Нет, на самом деле оно буржуазное. А если так, то оно должно выражать интересы буржуазии, и в первую очередь ростовщичества (тут мы имеем дело ещё с одним эвфемизмом: ростовщиков переименовали в «банкиров»). Итак, ипотека нужна ростовщикам-банкирам.

Народная мудрость об ипотеке

Народная мудрость сумела с помощью анекдотов и «чёрного юмора» точно выразить сущность ипотеки. В советское время были популярны анекдоты из серии «вопрос армянскому радио». Вот продолжение этой серии применительно к нашей теме:

Вопрос армянскому радио: что такое ипотечный кредит? Ответ: это рука помощи, дрожащая от нетерпения.

Если очистить все описания ипотеки от эвфемизмов, то остаётся всего несколько слов, объясняющих суть этого явления. Одно из них – «грабёж». Вот несколько образчиков народного творчества, раскрывающих грабительскую сущность ипотеки:

Если купюру в 5000 рублей сложить пополам, то её площадь в точности совпадёт с площадью московского жилья, которое можно купить на 5000 рублей.

Зачем брать ипотеку в 4 миллиона и выплачивать 25 лет? Когда можно украсть 4 миллиона и отсидеть всего 7?!

Менеджер одесского банка Наум Соломонович таки уговорил грабителя взять ещё и ипотечный кредит.

Фото: Monster Ztudio/shutterstock.com

Ипотека: «палочка-выручалочка» для правительства?

Но вернёмся на серьёзную волну. У российской власти появляется ещё одна причина всячески насаждать ипотеку в стране. По мере увеличения масштабов ипотечного кредитования оно становится одним из драйверов экономики. Ведь с темпами экономического роста у правительства просто полный швах. В 2015 году имело место падение ВВП на 2,5%. В следующем, 2016-м, ВВП снизился ещё на 0,2%. В 2017 году был прирост, равный 1,5% (что всё равно существенно ниже среднемирового показателя). Наконец, в 2018-м ожидали прирост где-то в районе от 1,5 до 1,9%. И вот сюрприз! Росстат в начале нынешнего года сообщил, что прирост ВВП составил 2,3%.

Выяснилось, что такой неожиданный успех (всё равно скромный на фоне среднемировых показателей) был достигнут благодаря строительному сектору российской экономики. Там наблюдалась активность, которая, как выяснилось, подпитывалась ростом ипотечного кредитования (за прошлый год объём новых ИЖК превысил 1 трлн руб., число выданных кредитов составило 1,47 млн; это рекордные показатели за все время существования Российской Федерации). В прошлом году с помощью ИЖК впервые было построено больше жилья, чем с помощью иных способов финансирования.

С учётом сказанного можно предположить, что тема ипотечного кредитования станет ещё более важной для правительства. Ведь хотя бы для приличия ему надо иметь темпы экономического роста не ниже среднемировых. До этого у власти была одна экономическая палочка-выручалочка – экспорт нефти и газа. Теперь, как ей кажется, появилась также палочка-выручалочка в виде ипотеки.

Но нетрудно понять, что эта палочка-выручалочка будет иметь очень ограниченный срок своего использования в силу того, что процентные ставки по ИЖК находятся на опасно высоком уровне. В последние годы они варьировались в диапазоне от 10 до 15 процентов годовых (в зависимости от банка, а также от вида ипотеки: под покупку жилья на вторичном рынке; под новый объект жилищного строительства и т.п.). Очевидно, ставки надо снижать. Иначе всё кончится быстрым надуванием «ипотечного пузыря» и его схлопыванием. Будет происходить то, что называется «шаг вперед, два шага назад». Не говоря уже о том, что регулярными ипотечными кризисами будет накаляться социальная и политическая ситуация в стране (каждый кризис – тысячи или даже миллионы поломанных человеческих судеб).

О процентной ставке по ипотеке

Ипотечные ставки в России всегда находились на неприлично высоком уровне. Справедливости ради признаем: власть и раньше говорила о необходимости снижения процентных ставок, но как-то вяло, формально, просто демонстрируя публике свою «социальную озабоченность». И на эти мантры банкиры просто не реагировали. Если процентные ставки по ипотеке колебались вверх-вниз, то под влиянием каких-то более серьёзных факторов, чем причитания власти.

Взять, к примеру, один из майских указов президента 2012 года – «О мерах по обеспечению граждан Российской Федерации доступным и комфортным жильём и повышению качества жилищно-коммунальных услуг» (№600 от 7 мая 2012 года). В пункте первом данного указа поставлена следующая задача [до 2018 года]: «снижение показателя превышения среднего уровня процентной ставки по ипотечному жилищному кредиту (в рублях) по отношению к индексу потребительских цен до уровня не более 2,2 процентных пункта».

На календаре уже 2019 год. Попробуем оценить выполнение данного пункта указа №600. В 2018 году процентная ставка по ИЖК варьировалась в диапазоне между 10,5 и 14,0%. Росстат сообщил, что индекс потребительских цен в прошлом году составил 4,3%. Следовательно, максимальная ставка по ипотечным кредитам в прошлом году, согласно указу 2012 года, должна была быть: 4,3 + 2,2 = 6,5%. А реально она была в два раза выше.

Указ № 600 по пункту 1 полностью провален. Но почему-то никто «наверху» не проводил «разбор полётов» и не выяснял причины и виновников провала. А может быть, их, виновников провала, нет? Может быть, указ №600 писался не для того, чтобы его исполнять, а лишь для того, чтобы продемонстрировать «социальную озабоченность»? А мы, наивные, ждём, чтобы указы исполнялись.

В чьей власти процентная ставка по ипотеке?

Давайте перенесёмся из 2012 года поближе к нашему времени. Вот, например, в начале октября прошлого года по федеральным каналам показывали встречу президента РФ Владимира Путина и главы Сбербанка Германа Грефа. Затрагивается вопрос ипотечного кредитования, банкир пообещал президенту понизить ипотечную ставку. Но буквально в том же месяце Сбербанк поднимает ставки по ипотеке. Объяснение: цены на рынке жилья падают, застройщики с трудом распродают квадратные метры, риски банка растут, а их, согласно канонам финансовой науки, компенсируют повышением процентных ставок.

А вот событие этого года. 14 марта на съезде Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Владимир Путин поручил снизить ставку по ипотеке. Конкретно – до 8 процентов к 2024 году. А разве майский указ 2012 года не ставил подобную задачу, которую надо было выполнить ещё «вчера»? А разве РСПП отвечает за ставку по ипотеке? У этого союза предпринимателей имеются реальные рычаги управления ставкой?

Любой банкир вам скажет, что для него ни майские, ни другие указы президента – совсем не указ. И уж тем более таковыми не могут служить устные призывы. Главным императивом, детерминирующим процентную ставку по любому кредиту, включая ипотечный, является ключевая ставка Центрального банка Российской Федерации. На момент подписания майских указов президента в 2012 году она была равна 8,0%. На сегодняшний день она составляет 7,75%. Если бы власть действительно хотела улучшить условия ипотечного кредитования, то ей следовало бы дать указание Банку России снизить ключевую ставку до того уровня, при котором ипотечные кредиты были бы доступны гражданам и безопасны как для этих граждан, так и всей экономики страны. Но президент не может написать такого указа по той причине, что Банк России в нарушение Конституции Российской Федерации провозгласил «независимость» от государства. И, кажется, президент РФ с этим соглашается. Поэтому пишутся указы «на деревню дедушке».

Государственная власть понимает, что не управляет ипотечным процессом в стране. Им при нынешнем раскладе управлять реально может лишь Банк России. Правда, ни в законе о Центробанке, ни в нормативных документах Банка России ничего не говорится о том, что Банк России должен заниматься ипотекой (и тем более решением жилищной проблемы в стране). У Банка России есть задачи «посерьёзнее» – «таргетирование инфляции» (эту задачу Центробанк сам себе придумал в нарушение статьи 75 Конституции РФ). А для этого, если понадобится, Банк запросто может повысить ключевую ставку, спровоцировав в стране ипотечный кризис и превратив сотни тысяч людей в бомжей.

Волки не будут питаться травой

Министр строительства и ЖКХ Владимир Якушев недавно заявил, что для поддержания рынка ипотеки и недопущения кризиса ставки по кредитам должны находиться вблизи 5%. Что ж, с этим трудно спорить. Но заявление министра следует отнести к разряду «благих пожеланий». Другое предложение, озвученное министром, заключалось в том, чтобы снижение ставки обеспечивалось за счёт субсидирования ипотеки… из прибыли самих банков. Это даже утопическим сознанием трудно назвать. Это полное непонимание того, как устроен мир ипотеки. Это всё равно, что рекомендовать волкам перестать есть овец и питаться травой. Напомню, что в прошлом году прибыль российских банков составила 1,3 трлн руб. – рекордный показатель за последние семь лет. Из этой суммы 800 млрд руб. приходится на Сберегательный банк. Уже за первые два месяца этого года прибыль банков составила 445 млрд руб.

И ни для кого не секрет, что такой финансовый результат в значительной степени был достигнут за счёт бума ипотечных кредитов (между прочим, более половины всех ипотечных кредитов в последнее время выдаётся именно Сбербанком). Министр никак не может уяснить, что для банков целью являются деньги, а жилищное строительство – не более чем средство. Банкиры очень рассчитывают на продолжение ипотечного бума в этом году и мечтают благодаря ему получить прибыль в размере 1,8–1,9 трлн рублей. Если прогноз подтвердится, то это будет рекордный финансовый результат банков, достигнутый за счёт рекордного ограбления народа.

http://tsargrad.tv/articles/bolshaja-lozh-ob-ipoteke-kak-bankiry-nazhivajutsja-na-ljudjah_192082

ЦБ объявил о начале масштабной реформы банковских залогов

Банкиры о залогах - картинка 11

Банк России планирует провести системную реформу регулирования залогового кредитования. Об этом во вторник, 13 марта, заявил зампред ЦБ Василий Поздышев.

Необходимость перемен в обнародованном в этот же день консультативном докладе Банка России «О совершенствовании регулирования залогового обеспечения» объясняется двумя факторами. Во-первых, ЦБ не устраивает «ломбардная модель» кредитования, при которой банки при выдаче кредитов в большей степени ориентируются на оценку стоимости залога, а не на качество заемщика. Во-вторых, регулятор обеспокоен ситуацией с выводом ликвидных активов, полученных банками в залог, в результате чего у них самих снижается стоимость активов и утрачивается капитал.

Поэтому регулятор намечает два направления реформирования — корректировку условий резервирования по кредитам с залогом и проработку механизма введения запрета на изменения банками договоров по залогу, сообщил журналистам Василий Поздышев. Реформа не будет одномоментной и может растянуться на три—пять лет, но изменения в части резервирования, по его словам, вступят в силу уже к лету 2018 года.

Опрошенные РБК участники рынка и эксперты оценили инициативу неоднозначно.

На первом этапе ЦБ предполагает ужесточить подходы к формированию банками резервов на возможные потери. Текущее регулирование позволяет банкам принимать залоги в счет уменьшения резервирования, однако банки нередко злоупотребляют этим и пользуются возможностью сократить размер резервов по залоговым кредитам, отмечается в докладе ЦБ. Регулятор рассчитывает, что ужесточение требований должно лишить недобросовестные банки инструмента, маскирующего их финансовые проблемы и недостаток капитала, считают в ЦБ.

В связи с этим регулятор намерен изменить условия учета банками залогов. Сейчас залоги подразделяются на две категории (основой распределения являются ликвидность залога и то, как быстро банк может забрать залог себе и продать, пояснил Василий Поздышев). На первую, самую высоколиквидную категорию резервы не требуются совсем; для второй категории резервы могут быть уменьшены на 50% стоимости залога.

Теперь ЦБ планирует ввести третью категорию качества залога, для которой банки смогут уменьшать резервы только на 20% от стоимости залога. В нее войдут неликвидные активы, срок реализации которых ЦБ оценивает не более чем в 270 дней. В третью категорию регулятор планирует перенести отдельные виды обеспечения, в настоящее время относящиеся ко второй категории качества, и собственные векселя банка-кредитора, реализованные с существенным дисконтом, которые сейчас относятся к первой категории.

По мнению Поздышева, новый подход к регулированию залогов должен привести к переориентированию банков с модели ломбардного кредитования на модель кредитования, основанную на оценке финансового положения заемщика.

Сейчас объем резервов на возможные потери банков, уменьшенный в связи с наличием обеспечения, в целом по сектору составляет 0,9 трлн руб., или 13,6% от величины общего резерва на возможные потери, сказал Поздышев. По данным ЦБ, у большого количества банков показатель, характеризующий отношение резервов, покрытых залогом, к расчетным резервам на возможные потери превышает 50%.

Появление новых правил формирования резервов по залоговым ссудам вынудит некоторые банки досоздавать существенные резервы по имеющимся кредитам, отметил Поздышев, добавив, что ЦБ не от всех банков получил соответствующие оценки; полученные говорят о том, что сумма резерва, который банкам придется досоздать с учетом новых требований, составляет от 10 до 50%.

В Fitch согласны с тем, что необходимость в досоздании резервов может создать трудности для некоторых банков. Запас капитала у большинства банков небольшой, поэтому возможности досоздания резервов у них ограничены, говорит старший директор группы по анализу финансовых организаций Александр Данилов. «Чтобы избежать досоздания резервов в соответствии с новыми правилами учета залогов, банки могут потребовать дополнительное залоговое обеспечение у заемщиков или могут не пойти на продление кредитов, по которым не будет адекватных залогов», — отмечает он.

На втором этапе ЦБ хочет получить право на введение полугодового запрета для банков на изменение и прекращение договоров залогового кредитования. Соответствующая норма может быть внесена в закон «О Центральном банке РФ». Это необходимо, чтобы бороться с выводом ликвидных активов, полученных банком в залог, что ярко проявилось в проблемных банках, у которых ЦБ отозвал лицензию.

Как пояснил Поздышев, механизм запрета не будет единообразен и будет зависеть от типа залога. «Например, ценные бумаги — это одна механика исполнения запрета. Нужно идти через информирование депозитария о том, что на операции с определенными ценными бумаги наложен запрет. На недвижимость — это другие контрагенты, например инвесторы», — уточнил представитель ЦБ.

Регулятор намерен ввести такой запрет, чтобы иметь возможность превентивно предотвращать вывод активов и залогов из банков, поясняют в ЦБ. «Мы достаточно часто сталкиваемся со случаями, когда банк до отзыва лицензии или до ввода временной администрации самостоятельно отказывается от залогового обеспечения по непонятным причинам», — отметил Василий Поздышев. В качестве примера ЦБ приводит Татфондбанк, который в конце 2016 года расторг договоры с залогодателями о предоставлении обеспечения на сумму более 22 млрд руб., что составляло около 80% от его капитала. При принятии решения о введении запрета основным фактором его эффективности будет оперативность на основании мотивированного суждения самого регулятора.

Примеры вывода активов из банков из консультативного доклада ЦБ

Пример 1
У банка на балансе числились ликвидные ценные бумаги общей стоимостью 4,6 млрд руб. Перед отзывом лицензии на осуществление банковских операций путем заключения ряда сделок купли-продажи у банка взамен высоколиквидных активов возникли требования к компаниям-нерезидентам с неизвестной платежеспособностью на общую сумму не менее 4,1 млрд руб. Указанные операции имеют признаки вывода активов из банка.

Пример 2
На балансе банка числились высоколиквидные ценные бумаги (еврооблигации российских публичных компаний, облигации федерального займа, облигации США), хранившиеся в депозитариях — резидентах Кипра и Великобритании.
После отзыва у банка лицензии на осуществление банковских операций установлен факт вывода значительной части из указанных активов в объеме порядка 18,5 млрд руб. в пользу третьего лица — нерезидента. Таким образом выведенные банком активы не вошли в конкурсную массу в целях расчетов по обязательствам с многочисленными кредиторами.

Пример 3
Банком были созданы дочерние компании, в уставный капитал которых внесено имущество, полученное банком по соглашениям об отступном. Общая сумма вложений в уставные капиталы данных организаций составила 2,9 млрд руб.
Таким образом, ликвидное имущество на балансе банка было замещено вложениями в акции (доли) юридического лица.​

[3]

Не всегда высоко оцененный залог можно реализовать в деньги, чтобы покрыть потери по ссуде, и не всегда это можно сделать быстро, говорит аналитик АКРА Кирилл Лукашук. Мотивированное суждение должно позволить ЦБ быстрее и оперативнее реагировать на проблему еще до того, как она приведет к негативным последствиям или выводу активов и расторжения сделок, добавляет он. «Не исключено, что это станет дополнительным способом защиты средств кредиторов», — уточняет эксперт.

В настоящий момент это необходимо, поскольку на примере банкротства и ликвидации большого количества банков, изменение и прекращение договоров залога является одним из основных способов вывода активов банка, говорит глава юридического департамента HEADS Consulting Диана Маклозян. Такой запрет позволит увеличить размер взыскания, то есть временная администрация или Агентство по страхованию вкладов (АСВ) смогут вернуть больший объем активов, говорит Александр Данилов из Fitch. «Соответственно, увеличатся выплаты незастрахованным вкладчикам банков с отозванной лицензией, а также снизятся издержки на санацию спасенных банков», — отмечает он.

Однако, по мнению партнера FMG Group Николая Коленчука, ЦБ и без нововведений обладает достаточными компетенциями и полномочиями, чтобы предотвращать и не допускать вывода активов из банков. Полнота полномочий ЦБ по контролю и возврату активов (уголовное преследование, усиленная субсидиарная ответственность, упрощенные механизмы оспаривания сделок, вплоть до возвратов вкладов физических лиц) уже считается избыточной, говорит он. «Скорее всего, новаторские идеи ЦБ в области контроля за залогами приведут только к усилению бюрократизации текущих процессов», — отмечает партнер FMG.

Если ЦБ намерен запрещать менять двусторонний договор, в котором регулятор как сторона никак не участвует, то впору ставить вопрос об актуальности принципа свободы договора и, наверное, переписывать Гражданский кодекс, считает заместитель председателя правления, глава юридического департамента Ланта-банка Дмитрий Шевченко. Если речь идет о признании недействительными сделок с залогом, заключенных банками, то их следует признавать недействительными в делах о банкротстве этих банков, указывает Шевченко. «Тем более что все залоги в основном и выводятся как раз накануне отзыва лицензии, с тем чтобы увести имущество от взыскания, и именно на это направлена борьба», — отмечает он. Совсем необязательно перекраивать для этого фундаментальные принципы гражданского права, заключает Шевченко.

Роль ЦБ, когда он одновременно выступает и органом надзора, и участником сделок по договорам залога, которые он сможет прекращать или изменять, может стать почвой для конфликта интересов, отмечает и руководитель практики управления рисками ФБК Grant Thornton Роман Кенигсберг.

Со стороны ЦБ ужесточение правил учета залогов — логичное действие, которое последовательно решает проблемы, возникшие в ходе обзора деятельности попавших под санацию или ликвидированных банков, говорит председатель правления СДМ-банка Максим Солнцев. «Там, где политика предусматривала сильную ориентацию на залог, ЦБ видит проблему, особенно на фоне падения рынка недвижимости», — отмечает он. С другой стороны, важно обеспечить, чтобы переход был поэтапный, он не должен одномоментно подрывать все кредитные механизмы банковской системы, говорит Солнцев.

«Банк не является собственником заложенного имущества, а, следовательно, при любой его залоговой стоимости, хоть в десять раз ниже рыночной, принципиальный вопрос о его реализации остается за собственником-залогодателем», — отмечает зампред правления Ланта-банка. С этой точки зрения добавление еще одной категории к качеству обеспечения принципиально никаких вопросов не решает, а является лишь очередным инструментом давления на банки, вынуждая их досоздавать резервы. Кроме того, отмечает Шевченко, бывают предметы залога, по которым сложно быстро найти своих покупателей независимо от цены — речь может идти о крупных объектах недвижимого имущества, сложных имущественных комплексах. «Получается, под них нельзя давать кредиты или можно, но это очень невыгодно для банка. Тогда кто будет кредитовать эти направления бизнеса и как развивать эту экономику?» — задается риторическим вопросом банкир.

Помимо мер по ужесточению правил учета залога по кредитам регулятор сейчас обсуждает с банковским сообществом создание реестра залогов, рассказал Василий Поздышев. Он отметил, что сейчас совместно с двумя банковскими ассоциациями создана рабочая группа, которую возглавил руководитель службы анализа рисков ЦБ Александр Дымов.

По словам зампреда ЦБ, такой реестр нужен, для того чтобы собираемая Банком России информация о залогах предоставлялась в пользование банкам и они не несли лишние регуляторные риски. «Чтобы банк сразу понимал, какая его приблизительная залоговая стоимость, с которой ЦБ может быть согласен, какая категория качества у этого залога и с каким дисконтом его можно продать», — пояснил Поздышев.

Создание репозитория, который бы вел реестр залогового имущества с подключенными туда независимыми оценщиками и аудиторами, сделало бы более действенным подход ЦБ к урегулированию залогового обеспечения, считает Роман Кенигсберг. «Тогда бы банки могли бы выявлять случаи задвоения или даже затроения одного и того же залога», — отмечает он.

http://www.rbc.ru/finances/13/03/2018/5aa793b69a7947095858075d

Литература

  1. Хутыз, М.Х. Римское частное право; М.: Былина, 2011. — 170 c.
  2. Фоменко, С.Е. Как уволить нерадивого сотрудника; М.: Бератор, 2013. — 160 c.
  3. История и методология юридической науки. — М.: ИВЭСЭП, 2014. — 564 c.
  4. Пучинский, В. К. Пересмотр судебных постановлений в порядке надзора в советском гражданском процессе: моногр. / В.К. Пучинский. — М.: Юридический факультет Санкт-Петербургского государственного университета, 2015. — 192 c.
  5. Лебедева, С. Н. Международный коммерческий арбитраж. Комментарий законодательства / Под редакцией А.С. Комарова, С.Н. Лебедева, В.А. Мусина. — М.: Редакция журнала «Третейский суд», 2014. — 416 c.

Добавить комментарий

Мы в соцсетях

Подписывайтесь на наши группы в социальных сетях